Category: лингвистика

Category was added automatically. Read all entries about "лингвистика".

Корщетка, кордщетка, корд-щетка, просто проволочная щетка...

Не, ну вот бывает же! Пользуешься-пользуешься вещью, а потом узнаешь, что она буквально на твоих глазах получает новое название. А пока его в словарь не пустили, кажется, никто не знает, как правильно писать новорожденное – но уже широко используемое и подвергающееся трансформациям – слово.
brush
Collapse )

Как жечь будем?

Hа днях вот отметил любопытное лингвистическое явление - вход в разговорный русский язык английских вариантов устойчивых выражений, давно сушествующих у нас. То есть наблюдал я его и раньше, но первый раз - не у себя.
Collapse )

Былие свирепое и ...ракетоносное (об этимологии названия "сурепка")


В начале мая среди травы по обочинам дорог и пустырям то и дело можно встретить мелкие желтые цветки, собранные на поднятом над землей стебле. Цветки характерные, крестовидные, и само растение широко известно как сурепка. Но что собственно, значит слово сурепка?
Collapse )

Бездюха

Когда я жил в Красносулинском районе Ростовской области (а было это очень давно), я иногда находил в лесу странные образования. Вроде таких:

Понятно было, что это грибы, и сходство с дождевиками есть - хотя у дождевиков нет лопастей, а только мешок со спорами. Спросил название. Оказалось - бездюха (ударение на а).
Позже выяснилось, что официально гриб называется звездчатка гигрометрическая (Astraeus hygrometricus). Звездчатка - потому, что кожистое покрывало гриба в сухую погоду расправляется и похоже на многолучевую звезду. Гигрометрическая - потому что порывало это во влажную погоду  закрывается, защищая мешок со спорами от дождя. Но это название не русское, а перевод латинского, бездюха же - наше, родное, славянское.
Название бездюха мне страшно понравилось, но моего энтузиазма в его отношении никто не разделял. Думаю, понятно, почему. Этимология названия очевидна - от б[е]зди(е)ть, пердеть, "пускать ветры". Первоначально, наверное, "пездюха" и восходит к украинскому пездiти. Дано потому, что если сжать пальцами зрелый споровый мешок гриба, то через отверстие в нем  влетает облачко спор, и похоже это известно на что. Интересно, что в тех краях встречаются и дождевики, которые пылят точно так же, но их так и называют дождевиками. Надо, впрочем, указать, что спрашивал я только у одного человека, и название может оказаться не местным, а занесенным с его родины - то есть Богучарского района Воронежской области.
Так что встретите этакое чудо - будете знать, что бездюха. И не стесняйтесь это название употреблять - к мату даже пездюха не имеет никакого отношения и законом не запрещена. Жаль только, сам гриб употреблять нельзя - там и есть нечего. ;)

Сказал - как пернул (об этимологии слова "пизда" и его "производных")

Специально я вопросом и не интересовался, но, поскольку читать мне на ночь нечего, стал читать Фасмера. Матерные статьи в издании 1996 года отсутствуют, но кое-что осталось. И этого хватает.  Прозрение наступило при чтении статьи "бздеть", проверил - все так и есть. Получается, что матерное слово "пизда" возникло кабы не на почве ...борьбы с матом!
Как соответствующий орган называли полумифические индоевропейцы, определить за давностью времен, возможно, никому не удастся. Потому как называть его истинным именем, как и парный ему мужской орган, было в приличном обществе неприлично и даже опасно - а вдруг какая злая болезнь привяжется и детей не будет? В общем, решили называть его как-нибудь по другому. Например, жопой.
Определенное сходство есть, расположены поблизости, а извергалищу экскрементов ни один злой дух не повредит. Но жопа - понятие расплывчатое. Собственно жопа - это, судя по изыскам этимологов, не более чем "дыра, яма". Тоже, видать, было неприлично называть это дело своим именем, ну да нынешний "задний проход" не лучше. А седалище, распроложенное вокруг, было вполне приличным, но звалось - о ужас! - не то *pi-sd- не то *pei-sd-. И стали предки называть и женский половой орган так же, щеголяя перед грубыми соплеменниками своей высокой культурой и нравственностью.
Но все хотят показать себя и культурными, и нравственными, и вот уж и то, что сзади, тоже в обществе называть своим словом стало считаться некультурным. А надо было. И пошли новые волны эвфемизмов - и ягодицы, и задница. А нравственность не отстает - и уже и жопа в общем-то грубо-разговорная и некультурная. Ну что же, появился анал. Культурные люди прибегли к последнему средству - заимствованию. По своему как неприличное место не назови, все равно выходит в итоге неприлично.
Но возратимся к пизде. Эвфемизм, обозначающий женские половые органы, стал матом довольно быстро. Однако параллельно за место в "пристойной" речи сражалась и исконная пизда, она же нынешняя задница. Сама она бой с нравственностью тоже проиграла, но производимое ею осталось. Говно и поныне сверкает в своей исконой древнейшей форме, и мы по-прежнему, как и индоевропейцы тысячи лет назад, срем (не, кто-то по-детски и эвфемистично какает, но мы-то взрослые люди). А еще мы пердим не по детски (это только дети пукают). Опять же, с тех самых времен, и этим можно и должно гордиться, а "ветры пускают" пусть те, у кого метеоризм. И не стыдно им, сравнивать свои извержения с ветром,  "дыханием Божьим". У, нечестивцы!!!
Итак, мы пердим. Но когда мы пердели еще пиздой (исконной!), то это звалось еще бездеть-бздеть. И зовется до сих пор считай у всех славян. Но у некоторых сохранилось первоначальное "п", и они произносят это как пиздеть, пездiти, pezdeti. Таким образом, выходит, что существующий глагол пиздеть-пиздить в значении "говорить ерунду" к пизде  как наименованию женских половых органов никакого отношения не имеет! Это всего лишь сравнение бессмысленных звуков, которые данный человек извергает ртом, с извергаемыми другим отверстием, не более осмысленных, но иной раз достаточно громких. Следовательно, не имеют отношения к женщинам пиздюки, пиздуны и пиздоболы.
Возможно, пиздовать в смысле идти - тоже, и оно соответствует английскому move your ass. И пИздить в значении бить возможно снова связано с той же задницей и значит "пнуть в зад". И даже пиздец может оказаться связан именно с жопой, дырой, ямой с нечистотами, попасть в которую очень плохо, а выбраться - нелегко.
Впрочем, на глаголы пиздовать, пиздить, пиздануться несомненно оказала свое вилияние и пизда в значении органа. Не случайно слова с корями пизд- и еб- нередко выступают как абсолюные синонимы. Сравни: пиздануть-ебануть (ударить), пиздовать-ебошить (идти), пиздануться-ебнуться (упасть,удариться, переносно - потерять разум).
Кстати, установление связи как минимум части "бранных" слов с пизд- не с половыми органами, а с задним проходом позволяет окончательно развенчать бытовавшую некогда теорию о гениталоцентричности славянского мата и аналоцентричности германского. Просто германцы, опасаясь падения потенции, не рисковали упоминать всуе хуй. Но эвфемизмов оного и у них выше крыши - см. хотя бы фильм
The Adventure of English (кстати сказать, отнюдь не для "детей до 18").
В настоящее время все слова с пизд- считаются нецензурными, в то время как с бзд- - всего лишь вульгарными, хотя они и однокоренные. А ведь было время, когда пизду создали именно для того, чтобы бороться со сквернословием... Не вышло побороть самих себя тогда - не выйдет и сейчас. Запретить понятия нельзя, любые их эвфемистические обозначения рано или поздно тоже станут нецензурными, поскольку сохранят все ту же семантику. Так что бороться со словами бессмысленно. Их надо изучать. Ну я в меру сил и того...

Декаль или деколь?

Большинство моделистов используют декали, и наносят их на свои модели более-менее одинаково. А вот называют их по-разному. Одни (и их большинство) – декаль, другие – деколь. И встает вопрос: как правильно?
Вообще-то такие вопросы не имеют ответа, поскольку языковые нормы меняются со временем, и то, что было неверно сегодня, запросто может оказаться правильным завтра. Поэтому писать и говорить можно по-разному – главное, чтобы это понимали другие люди, а пишущий понимал, что именно он написал. Не какие буквы он сложил в слово, а почему для обозначения данного понятия он использовал эти звуки (точнее, фонемы) и буквы. Этому, к сожалению, не особо учат в школе – там учат в основном “писать правильно”, то есть по словарю. Отдельные деятели культуры и взрослых людей пытаются обучить писать и говорить по словарю – при этом не объясняя, почему да как. Вот и со словом “декаль” они бы обошлись просто: посмотрели бы в орфографический словарь (хотя бы на сайте “Грамота.ру”), нашли бы там слово “деколь”, заявили, что «декаль» неправильно и успокоились. Но разумный Homo sapiens задумается – а откуда тогда взялась декаль? Вот и начнем с истории.
Изобретателем декали считается француз Симон Франсуа Равене (Simon François Ravenet), который в далеком 1750 году изобрел метод переноса краски с медной гравюры на керамику и другие материалы. То есть вообще методы переноса простых рисунков на поверхности существовали и ранее, но Равене создал технологию, позволявшую переносить сложные и многокрасочные картинки. Она была такой: на медную гравюру (Равене был как раз гравером) наносились нужные краски, и с нее делался оттиск на специальную бумагу, а потом полученное на бумаге изображение накладывалось на покрытое клеем изделие, где и благополучно отпечатывалась краска, сходя с бумаги после ее намачивания. Мсье Равене пустил свое изобретение в ход не во Франции, а в Англии, куда наш герой переехал. Оно и понятно: бурно развивающееся промышленное производство по ту сторону Ла-Манша испытывало куда большую потребность в методах массового нанесения изображений. Первые керамические изделия с нанесенными на них декалями были изготовлены около 1756 года в Ливерпуле.
Назвал Равене свою технологию, недолго думая, Decalcuer (произносится “декалки” или даже "дикэлки"), что по-французски значит “копировать”, “перерисовывать”, «переносить изображение». Так что слово “декаль” имеет в современном русском языке как минимум одного близкого родственника. Вы, верно, догадались – это “калька”, бумага, предназначенная для копирования, переноса изображения с одной поверхности на другую. Первоначально Decalcuer означал только процесс копирования изображения с гравюры на керамику. Имел ли какое-то особое название полуфабрикат - бумага с изображением – мне неизвестно.
А а потом в мире началась эпидемия декалькомании. Decalcomania – это именно мания, мания оклеивать всяческие предметы картинками. Точная дата ее начала не известна, указывают на 60-е годы 19 века, а в последней его четверти «болезнь» приняла ужасающие масштабы. Хитрые производители декалей, идя за потребностями рынка, резко увеличили ассортимент своей продукции: если в 1875 они предлагали всего порядка 300 наименований картинок, то спустя два года - уже более 10000! Еще более распространение этой заразы подстегнула новая технология – Duplex paper, позволившая упростить и убыстрить процесс изготовления декалей. Там идея состояла в том, что у бумаги, на которую наносилась краска, появилась жесткая подложка – так и печатать было быстрее, и наносить удобнее, и транспортировать проще.
Первобытная декаль делалась исключительно краской внутрь, клеем наружу, и хорошенько разглядеть, что там отпечатано, можно было только переведя ее. Вот как описывал это Константин Паустовский в одном из своих рассказов:
“Мы переводили их. Из-под размокшей бумажной пленки появлялись яркие и липкие виды Везувия, итальянские ослики, убранные гирляндами роз, девочки в соломенных шляпах с голубыми атласными лентами, играющие в серсо, и фрегаты, окруженные пухлыми мячиками порохового дыма.”
А привычная нам декаль появилась где-то в 1930-е после усовершенствования технологии шелкографической печати, когда стало возможно наносить изображение на клеевую подложку, а сверху еще и защитный слой лака, он же основа для переноса изображения. Считается, что впервые такие декали пошли в серию в 1936 году – и остаются с нами до сих пор, поскольку лучшего, как по качеству, так и по простоте, способа переносить картинки на поверхность модели пока не придумано.

Эпидемия декалькомании посетила Россию еще в середине 19 века, и слово «декалькомания» тогда же вошло в русский язык как обозначение и самих переводных картинок, и метода их нанесения. Такое случилось и во многих других странах, и писалось и пишется слово “декалькомания” во всех языках именно через “а”. И даже в испанском, где отпало переднее de - тоже а. Правда, у нас в широких слоях народа длинное и странное иностранное слово постепенно сошло на нет, заменившись отечественным “переводные картинки”. Декалькомания осталась в основном в кругах полиграфической и прочей промышленности как официальное название «переводных картинок», и в такой форме употребляется до сих пор.
Но в США, так склонным к всяческому урезанию слов, где-то в конце 1930-х появилась укороченная версия “декалькомании” – “декаль”. Появление прямо-таки напрашивалось: слово длинное, а “мания” – это скорее из лексикона психиатров. По идее обрезание должно было пройти посередине, оставив decalc, но произносить две согласных подряд, да последнюю глухую, было неудобно. Осталось decal (впервые фиксируется в 1937) – и остается с нами до сих пор. Произносится decal в английском (или уже английских?) как “дИкал”, "дикАл" или “дЕкэл”, и никакой “о” там никогда не было ни в разговоре, ни тем более на бумаге. Да и в других языках, заимствовавших «короткое» слово из английского - тоже.

Но тогда откуда деколь?
Если посмотреть в недавно выпущенный “Словарь галлицизмов русского языка”, то мы найдем там вот такое:

ДЕКОЛЬ и, ж. décoller. Деколь. Перевод рисунков по типу детских переводных картинок. Тов. сл. 1956. Сокращенное название декалькомании. Беркман А. С. Декорировка фарфора. М., 1949 с. 42. Многокрасочные переводные изображения, используемые для маркировки и художественного оформления промышленных изделий; способ такой маркировки и декорирования. Кобальтовая деколь. Декорирование посуды деколью. БАС-2. Переводчик деколи. Сл. зан. 1988.


Сразу возникают аж четыре вопроса.
Первый: почему французы называют декали (которые, безо всякого сомнения являются и переводными картинками, и использовались и используются при изготовлении промышленных изделий) французским словом décalcomanie, пишущимся и произносимым через а, и возводят его к французскому же слову décalcuer, опять же через а, оно от calquer , которое в свою очередь восходит к итальянскому calcare – и снова через а.
Второй: почему во французском языке нет слова “деколь” или близких ему в значении этих самых переводных картинок или чего-то им подобного?
Третий: почему словари русского языка еще с дореволюционных времен фиксируют декалькоманию (через а), а сокращенное деколь – только с 1940-х?
Четвертый: почему слово деколь в значении «переводные картинки» существует только в русском и других языках постсоветского пространства?

Ответ на все эти вопросы может быть, кажется, только один: деколь родилась в СССР в середине-конце 1940-х от американской декали и независимо от «декалькомании» где-то в недрах полиграфической промышленности. И появление “о” объяснить можно так:
Вариант первый: слово из английского не этимологизировалось, а знаний французского у советских специалистов хватило только на то, чтобы связать decal с французским décoller.
Вариант второй: слово было объяснено нашим специалистам неким не слишком сведущим французом, который считал, что decal, потерявшая с, происходит не от décalcuer, а от décoller и, возможно, даже соответственно его произносил.

Смотрим Ларусс:
décoller
Quitter le sol, la surface, en parlant d'un avion, d'une fusée, de quelqu'un, etc. : Skieur qui décolle d'un tremplin.
S'élever socialement, intellectuellement ou sortir de la stagnation : La production des vidéodisques a décollé.
Ne plus pouvoir suivre : Cet élève paresseux a décollé du reste de la classe.
Populaire. Maigrir beaucoup ; dépérir.
Sortir du sous-développement.
En parlant d'un coureur, se faire distancer par ses rivaux ou ne plus pouvoir suivre son entraîneur.



Значение слова – “отрываться, отставать, прерываться”. Как видим, в словаре никаких следов декали, зато есть непосредственная связь с такими “русскими” словами, как "коллаж" и "протокол". Потому что décoller – это dé-coller, а cоller – это “соединять, слеплять, склеивать” и происходит от греческого kolla – клей.
Но поскольку в процессе перевода декали изображение отделяется от бумаги, народная французская этимология могла вполне сближать decal и décoller.
На всякий случай, народная этимология (научный термин) - полное или частичное переосмысление слова в результате произвольного сближения его с другими близкими по звучанию словами, и французы падки на такие штуки ничуть не меньше всех остальных народов. Обычно переосмыслению подвергаются слова старые или иностранные, но бывает, что и современные. Да вот хотя бы у французского классика, Фердинанда нашего де Сюссюра:
Lais «отказ по завещанию» (отглагольное существительное от laisser «оставлять») ныне рассматривается как производное от leguer «завещать», и его пишут legs; некоторые даже произносят legs, что может создать впечатление, будто здесь произошло изменение формы в результате изменения интерпретации; но это произношение объясняется только влиянием письменной формы, при помощи которой хотели отметить, не меняя произношения, происхождение этого слова.
Сам же акт переосмысления стимулировался отпадением после американского обрезания финальной к в корне. Если бы слово осталось как decalc, оно бы сохраняло явную связь с decalcuer (uer – обычное глагольное окончание) и связать его с décoller было бы заметно сложнее – да и не нужно.
Правда, остается вопрос, как, при наличии декалькомании, слово деколь получило некоторые шансы на выживание наряду с декалью? Тут есть два аспекта – фонологический и технологический.
Вспомним, что “урезанная” декаль – американизм. В вариантах произношения с ударением на первую гласную вторая звучит глухо, едва не проглатывается, давая звучание, близкое к “декл”, где после к стоит некий неясный звук, который можно было интерпретировать и как о. Оставалось, конечно,еще написание decal, которое по идее должно было скорректировать произношение. Но тут на помощь горе-этимологам пришла старая байка о том, что “если написано Ливерпуль, читается Манчестер”. Хотя это вовсе не так, незнакомый с английским языком человек вполне мог уверовать, что хотя написано decal, читать надо деколь. Судя по смягчению последнего согласного, это все же был француз.
Но как же decalcomanie, с которой этот франкофон должен был быть знаком? И вот тут на сцену выходит технология. Напомним, что появление в США слова decal в конце 1930-х совпало с разработкой (там же?) новой декальной технологии печати с лаковой основой, и то и другое одновременно пришли в Европу. Видимо, там кто-то посчитал, что декалькомания – это старые декали, а деколь – нечто принципиально новое, и не декаль. И для объяснения прибег к народной этимологии.
Другое дело, что на Западе достаточно быстро разобрались, что к чему, поняли, что деколь – это искаженная декаль, она же старая добрая декалькомания, и слово исчезло. Но деколь, забытая на родине, успела войти в советский профессиональный лексикон (напомним, что «в миру» это называлось и называется «переводными картинками», а слово «декалькомания» там забылось), благотворному иностранному влиянию не подвергалась из-за изоляции и в таком реликтовом виде виде дожила до наших дней – и вошла в словари. Без вариантов.
Вопрос же декали встал вновь уже в конце 20 века с появлением в СССР масштабных моделей, особенно иностранных фирмы FROG. Шедшие с ними переводные картинки назывались decals, и в моделистский обиход, не связанный с профессиональной полиграфической сферой, слово начало входить именно в звучании “декаль”, верно осмысленное как сокращение от "декалькомании". Первым упоминанием декали в печати пока можно считать статью в "Технике-Молодежи" 08-1984, где это слово использовано дважды: замначальником проектно-конструкторского отдела ДФИ А.Грегором и начальником Управления по развитию промышленности по производству игрушек Минлегпрома СССР В.Володиным. Интересно, что первый (и в тексте его реплика идет первой) даже не счел нужным объяснить термин, в то время как второй наряду с декалью употреблял и "переводные картинки". Это однозначно свдетельствует и о том, что термин до 1984 года был хорошо известен в производстве моделей, и том, что слово "декаль" было знакомо по крайней мере части читателей и редактору, который не счел нужным добавлять какие либо примечания.
По для большинства населения СССР это были просто "переводные картинки", и в 1980-е страна даже пережила новый приступ декалькомании - по крайней мере "лаковых" декалей со всякими картинками (продавались наборами в несколько листов) в этот период было выпущено множество, хотя качество изображения оставляло желать лучшего. Но моделистов становилось все больше, иностранных моделей с декалями – тоже, и наметилось даже различие в терминах: переводными картинками называли декали, предназначенные для декора всего и вся, а декалями считались только те, которые предназначены для сборных моделей. Когда окончательно пал железный занавес, даже полиграфисты узнали, что то, что они называют деколь, во всем мире или декалькомания, или, кратко, декаль. Наконец, просто переводные картинки как-то сошли на нет, декалькомания утихла (на время?), и "в миру" остались только модельные декали. На производстве же до сих пор сосуществуют старая деколь и новая декаль вместе с старой доброй декалькоманией. Из-за узкопрофессионального бытования слово "деколь" в любом случае фиксируется куда меньшим количеством словарей, нежели"декалькомания".

Пора закругляться. Вопрос, кто виноват в появлении слова “деколь”, в целом ясен, но что же делать? Прескрипцивисты от лингвистики будут заявлять, что надо держаться словарной нормы. Но давайте посмотрим на вопрос шире. Эта деколь происходит от французского слова decalcomanie, все производные которого, как и предки, имеют в корне а, в русском языке имеется и хоть тяжеловесная, но не уклоняющаяся от французского аналога «декалькомания» и сходная по значению «калька». Не кажется ли, что декаль, как сокращение от “нашей” же, и имеющей уже чуть ли не полуторавековую историю, декалькомании, будет гораздо логичнее деколи?
Лично я – за декаль. И не я один – многие люди даже в полиграфической промышленности тоже уже произносят “декаль”, не говоря о подавляющем большинстве моделистов. Декаль – она во всем мире через а, и я уверен, что еще при нашей жизни российские словари изменят написание - сначала добавив декаль как допустимую форму, а потом и снабдив "деколь" пометой “устаревшее” или “профессиональное”, а потом и вообще выкинув ее на свалку истории. Главное, чтобы о существовании декали узнали лингвисты, которые всерьез занимаются своей наукой, а не тупо копируют словарные статьи из книги в книгу. Надеюсь, эта статья поможет и в этом.


PS При подготовке статьи использовались онлайн версии отечественных словарей, а равно и OED, Webster, Collins (включая франко-английский и итальяно-английский), Larusse и др. Grand Robert скачать не удалось - очень уж большой :(

Мат в камуфляже

Мат - это коврик, но не только, и если с ковриком все просто, то с другим матом полная хана. Главным образом потому, что он практически неотделим от разговорной речи, пребывая в ней не только в явном, но и криптованном (по-гречески) или скрытом (по-русски) видах. Как, например, в первом предложениии этого поста.
Составить список эфвемизмов, прикрывающих классические матерные выражения, невозможно, поскольку они непрерывно плодятся носителями языка именно для того, чтобы ввести-таки мат в разговорный обиход на его естественное и законное место. И если сегодня запретят хану, кирдык и финиш как эвфемизмы аналога пиздеца (потому что конец - он такой, не только абстрактный, но и вполне конкретный, из плоти и крови), то появятся новые слова, обозначающие ровно то же самое, но звучащие по-другому. Покуда есть "социальный заказ" - будут и "слова-спецназовцы", в том числе и в камуфляже.
Но , елы-палы (как вы догадались, ни сухая древесина, ни живая Picea тут не при чем), если оно в камуфляже, то как его заметить? Ну в самом деле, слово "конец" есть в любом словаре русского языка, но в выражении "с конца закапало" имеется ввиду нечто иное, чем в Ожегове. Не понимаете - есть словарь Василия Химика, там вам и объяснение, и пример из русской литературы. Получается, что уж если мат закриптовался и закамуфлировался, то понять, что это именно он, а не невинное и пристойное слово, можно только в контексте словоупотребления. Но, поскольку не всякое даже экспрессивное слово является матом, то и это не слишком удается - даже если решать будут профессора-лингвисты, а не неграмотный обыватель.
Особым типом камуфляжа, криптованием в узком смысле слова, для мата является замена части букв или звуков чем-то другим. Ну, скажем, если на стене написано "х...й", то вроде как всем понятно, что именно написано, и сколько и каких букв скрылись за многоточием. Чтобы такой замок открыть и ребус разгадать, читатель априори должен владеть ключем, то есть знанием "заветных слов", и не думать, что "х...й" скрывает под собой также обидное, но вполне "литературное" слово "холуй". А если все знают, что написано, то как написано - и не важно. "Слово из трех букв" - это тоже он, хотя слов из трех букв в русском языке сотни и тысячи.
И вот тут-то не худо вспомнить знаменитый девиз Ордена Подвязки и то, что не всяк, кто надел камуфляж, является спецназовцем. Вот, скажем, придумал я девиз "За Полный П....ц и Единую Европу", и на форуме, ясное дело, получил "желуху", потому как модератор, недолго думая, решил, что П....ц - это "пиздец" и есть. Чем и доказал, что "что у кого болит, тот о том и говорит". А вот если бы он посмотрел на употребление в теме, то быть может, догадался, что однозначно имелась в виду немецкая область Пфальц, а Полный Пфальц - это отсыл ко временам Рейнского Пфальцграфства, которое было гораздо больше Пфальца начала XX века, потому как за истекшее время от него много кто поотрывал разные куски.
Скажете, что П....ц - это провокационно? Возможно. Но ведь если я напишу Пфальц без точек, то все равно, при необходимости, могу иметь ввиду не тот Пфальц, а совсем другой Пфальц, и это-то и будет Пфальц! Может, полный, а может и нет, но будет - и что прикажете делать? Краснеть, услышав это слово?
Помнится, в классе третьем, один из учеников от стыда не смог на уроке вслух прочесть прочесть отрывок из "Приключений Тома Сойера" - к хохоту всего класса и недоумению учительницы. Казалось бы, невинный текст, да еще и в хрестоматии, но вот беда: в отрывке фигурировал персонаж по имени Бен, а в тогдашнем школьном жаргоне "бен" значило... Ага, именно его. Вы представляете - при педагоге произнести слово из трех букв?! Вот он и не смог. Надо было банить и править Твена?
Да и пугаться названий половых органов как-то по-детски - или по-дикарски. Органы есть, есть названия, но называть их изволь при незнакомых людях по-другому - что за шизофрения? Что страшного в слове "хуй" и насколько лучше его "хрен", почему столь пристоен "член" и вполне себе легитимны, особливо в научном обороте, "фаллос" и "приап", если все они обозначают одно и то же? Ну, для дикаря - понятно, а для просвещенного человека XXI века?
Короче, свободу мату! Свободу великому и могучему русскому языку! Долой прескриптивизм в лингвистике!
;)

Для ревнителей: эта заметка о лингвистической проблеме, которой, помимо дилетантов вроде меня, занимаются и серьезные исследователи в России и за ее рубежами. И проблема не исчезнет, если даже очень сильно стараться о ней забыть. Изучение мата в Росиии началось как минимум с Владимира Даля - и будет продолжаться, пока существует русский дух и русский язык! И, скорее всего, даже после...

12 ноября

Однако, надо бы все же что-то написать - и нашлась тема про автомобиль на рельсах в аэропорту. Но статью я дописал только ночью, поскольку посередине была поездка в ИКЕЮ за деньгами (кстати, там снова начали продавать мороженое за 10 рублей). В Леруа приобрел бамбуковую "циновку" (в кавычках, потому что это бамбуковые плашки, неклеенные на редкую ткань), и по прикидкам, она вполне подойдет для защиты обоев от истирания моей спиной и головой. Донес до дома и последий икейский навесной шкаф, надо бы вскорости его собрать да повесить.
На таджикской симке кончились деньги, вставил в телефон свою. Все же смрадфон как идея - идиотизм, ибо нафига "мозги" (и соответственно, траты на них), если результат их работы приходится наблюдать на таком экранчике? Сенсорный экран - тоже го, потому что стилусом на нем работать неудобно (да и нет его в комплекте), а для пальца он снова мелковат. Делать телефон больше - не выход, поскольку нормальные экраны начинаются с семи дюймов (но только начинаются!), а это уже планшет, и в карман его не сунешь. Мобильный тырнет - чушь, жрет деньги, а работает еле-еле, и пользоваться им можно, только если уж очень припрет. Случаи бывают (ну, скажем, я мог бы час ждать электричку с дачи не на улице, а на той же даче), но очень нечасто.
Забавная лингвистическая штука, связанная с котом. Там люди не знают, что значит слово "утилизация" - но меня осуждают. Братец меня тоже за кота осуждает (у него дома кошка - вообще по рассказам аццкий кошмар), но, как оказалось, весьма смутно представляет значение слова "канитель". По его мнению, это что-то связанное с грязью (sic!). Пришлось растолковать то, что на самом деле это нечто от грязи радикально отличное, а заодно прояснить выражение "тянуть канитель", редуцирующееся в речи до простой "канители". И ведь множество людей пользуется словами, значения которых они не понимают, и вместо того, чтобы узнать их, создают новые значения старых слов сами. Какая нафиг информационная революция? Над миром, громогласно усиленные электроникой, по прежнему разносятся вопли самовлюбленного питекантропа...